a_lyashenko

Вместо вступления. 

 Начиная размышлять о картине Квентина Тарантино "Бесславные ублюдки" (Inglorious bastards), я понял одну важную штуку, до того не казавшуюся мне очевидной: любого большого режиссера можно выявить по цельности замысла картины. Мне самому показалось странным, что эта мысль внезапно и просто поселилась в голове именно после просмотра ленты этого безумного американца. Казалось бы, я видел много картин Бергмана, Куросавы, Трюффо, Годара (чей "Безумный Пьерро", кстати, по зримости равен последней картине Квентина), Феллини, Антониони, Пазолини etc., однако, ни один из этих мастеров не позволил мне мыслить так просто и широко, как Квентин. Дело в том, - подумал я, - что абсурдный сюжет дает больше возможности для зрительской интерпретации, для отстранения от какой-то детали, манеры операторской или актерской, от стиля, вкуса, чувства цвета, ритма, - от всего того, что мы называем приемами. Кто-то любит поговорить об интерсексуальности, персонификации, кто-то кричит: какой колёр, третий готов реплика за репликой учить сценарий наизусть. Все это - аттракцион, декорации, эффекты и словоблудство около них. Все это - почва для работы психики и интеллекта. Но где же работа души? "Вот она, - говорит Тарантино, - вот он, дух американца, отрицающего и нивелирующего американское кино посредством врага. Вот он, европеец, который не приживется в Европе и никогда не будет говорить на чистом французском, потому, что привык орудовать штампом, лекалом, автоматической винтовкой "M16", сделанной, конечно, по заводскому шаблону" (вспомни, читатель, картину "Джеки Браун", поразмышляй об оружии у Тарантино). В данном случае вопрос не в том, что это за оружие, а в кого оно стреляет. И Квентин поставил к стенке пошлость.

 

( Ублюдки )

Предисловие.

Глагольной рифмой не пренебрегая
сегодня се чудовище писал.
Искус ушел, когда глава шестая
оформилась. А остальное мал-
помалу вылилось - во что, 
читатель, ты увидишь сам,
и, если уж на то пошло, 
то шутка - всё, не сродная стихам.

Вообще в троллейбусе задумал это я
сюжет - дерьмо, но Муза посетила
где из окна были видна Она...
Но что я говорю? Теперь - могила, 
о личной подоплёке сих виршей
и слова не скажу, но если хочешь - шей,
угодно ли тебе? Ах, нет! Читай,
а можешь - комментируй. Ну, гуд бай.

( Блядский роман...  )

Одна моя знакомая после просмотра картины Альмодовара "Разомкнутые объятья" (Los abrazos rotos) сказала, что ей захотелось заниматься любовью. Мне пришлось крепко задуматься, чтобы ответить на вопрос, вытекающий из этого желания: как же трагичное и мелодраматичное по сути кино подталкивает к этакому занятию?

( Я долго, однако, шел к выводу... )

Как хорошо в нашей стране! Бог нас любит через нашу литературу!

Вдумайтесь, сколько у нас превосходных рассказчиков, мастеров малой формы: 

Пушкин, Гоголь, Тургенев, Короленко, Лесков, Чехов, Булгаков, Куприн, Бунин, Шукшин, Астафьев etc. 

Я в восторге! 

Черт подери.

Это единственное словосочетание, которое плавало в сером веществе после того, как я посмотрел часть "Антихриста".

Почему часть? Почему только 40 минут?

Не понимаю. Картина снята великолепно: камера двигается кстати, монтаж ломаный, нарушенный - гениальный, сценарий хорош - узлы завязаны, узлы крепкие. Актеры отличные. Тема - интереснейшая. Разговор идет о "лесе" в эзотерическом, мифологическом и религиозном плане. Смерть ребенка, бесконечные совокупления, невозможность героини определить и найти свою природу. Нежелание героя сделать то же самое.

Такая большая развернутая метафора внутренней жизни человека, разговора с небожителями и темными силами на земле.

Но! На сороковой минуте встал и ушел. Встал и ушел.

Никогда со мной такого не было. Даже скучное и тупое кино я досматриваю. Зрительская совесть моя чиста. И Тарковского, и Бергмана, и Бунюэля штурмовал. Делал это, не понимая почти, о чем идет речь. Только потом, анализируя, до чего-то докапывался.

А здесь - понял, как мне кажется. И не могу смотреть. 

Как будто меня вытолкнули из зала. 

Имел счастье посмотреть на одно из последних творений милого старичка Герца Франка.

Десять минут наблюдения за ребенком в театре прославили Франка. Десять с гаком лет наблюдения за актерами театра "Гешер" и его основателем - Евгением Арье, - превосходное документально кино. Франк сказал, что "идеи никакой не было. взял каеру и снимал". Но из картины можно вынести столько, что веришь в слова Герца с трудом.

Волшебник докуметального кино смог стереть переход репетиций в спектакль. Он сделал потрясающие наблюдения относительно того, как рождается спектакль, смог передать то настроение, которое царит на репетициях всемирно известного театра. Франк удивительно точно определил и передал место режиссера - и как рулевого, и как "теневого" творца.

И все это - через историю театра, жизнь которого он наблюдал почти с самого начала. Картина снималась в Иерусалиме, Москве, Нью-Йорке.

Россия полна парадоксов: 

- два инспектора наркоконтроля умерли от пердоза в здании наркоконтроля

- инкассаторы грабят инкассацию.

По-моему, скоро президента поймают на продаже Родины)

Кстати, небольшой островок уплыл в Эстонию...

И сказал владыка жизни - Гитчи Маниту могучий: 
"шел бы в жопу ты, засранец".
И теперь я в этой жопе, как в гостях у Персефоны.

Я с Пушкиным ложусь в одну постель
И с Пушкиным в обнимку засыпаю,
Тут входит Лермонтов, улыбкою своей
На сон грядущий мир благословляя.

Некрасов спит, чуть дрыгая ногой
Храпит брадатый Фет, тревог не зная.
У Тютчева как будто бы обед -
Причмокивает, тосты возглашая.

( Жуковский сквозь морок... )

Бродского надо читать вслух. Нельзя иначе. Нельзя молча. Слово, даже в потаенной строфе, живет на губах. А если про себя читаешь - слово гниет во рту, разлагается и дурно пахнет.

Кому почитать? Могу приехать и почитать. Серьезно. А то негде и не с кем.

Смесь в пропорции один к одному

- сестры, которая имеет своё мнение
- дочери, с которой можно заниматься любовью
- матери, которая снисходительна к мужским недостаткам
 

В последнее время мне пришлось выслушать мнения различных людей относительно творчества Дмитрия Быкова.

Так вот, читайте моё мнение: 

Если б Быков был никто -
Мы б не знали бы его.
Если б Быков "некто" был -
Хрен бы кто его любил.

На выходных был в Палеонтологическом музее.

В витрине, где размещены останки доисторических человеков, есть примечательный экспонат - гипсовая голова австралопитека, причем правая ее половина представляет реконструкцию лица, а левая - только черепа.

Знаете, чье лицо там? Вылитый Путин. Только лоб уже немножко.

Думаю написать в Правительство РФ с кляузой на ученых (хоть экспонат советских времен еще).

Поймал себя на мысли, что всегда в ресторане меню читал справа налево, - перефразируя Довлатова.

Моё:

Щебет птичий, свет оранжевый
Церковь и дома.
Мир простой, всего в две сажени
Неба синева.

Гибкий стан, ладони нежные, 
Милый взгляд.
Поцелуй, как утро свежее, 
Как воды ушат.

После ночи страстной, стонущей -
Лёгкий летний день
Все заботы - с божьей помощью
И к тебе - в постель.

Вот уж не думал, что взяв седьмой номер журнала "Знамя" за 2008-ой год, обнаружу там нечто поразительное. Помимо бездарных стихов, непутевых заметок и повестей, изобилующих речевыми ошибками, там есть одна вещь замечательная - роман Всеволода Бенигсена "ГенАцид". Давно, наверное со времен "Кыси" Толстой, я не видел такого русского романа.
Ребята! Что за чудо - сюжет! Что за чудо - придумки, литературные анекдоты, игра слов, сам метод! Что за чудо! 

Я не смеялся - я ржал. Во весь голос, на всю квартиру, пугая домашних в 4 часа утра, в метро, смущая этим пассажиров.

Есть, конечно, промахи. Бенигсен - не мастер, но талантливый ученик. Причем ученик Платонова.

А ведь людей, способных учиться у него - мало.

Читайте! В редакции журнала седьмые номера дают бесплатно, обращайтесь к Оксане Павловне - энергичной женщине, которая сидит в комнатке, в которой лежат книжки и журналы, в которых иногда появляется стоящий роман Бенигсена.

И не читайте Кибирова и Кушнера! Не читайте Сорокина и Петрушевскую! Они все невкусные.

Нет, Кибиров иногда интересен.


Ах!

Еще есть одна вещь интересная. Анатолий Бабченко, ветеран чеченских кампаний, напечатал свои записки (по-моему, называются они "Ночью каждый тащит свой чемодан сам") в "Новом мире" (№1, 2009). Литературы там мало, но много настоящих картин войны, потрясающих своей отвратительностью. Когда читал эти записки, вспомнил короткую свою встречу с ровесником моим в военном госпитале на севере столицы. Этого худого паренька везли на кресле-каталке. У него не было рук и одной ноги. Вторая нога была утыкана штырями. Я остановился около него и спросил: "Как тебя зовут?" - "Азамат" - "Татарин?" - "Да" - "Из Чечни?" - "Да" - "Сколько тебе лет?" - "Восемнадцать" - "Хочешь на ТВЦ, маме  привет передашь?" - "Нет".  Дурацкий диалог, дурацкие вопросы. Сейчас понимаю, что ничего не могу знать об этом парне. Да и как мне что-то о нем знать? Хоть был Мересьев, есть Бурков, но Азамат-то - не герой. И таких, как он - искалеченных войной ребят - до хера. И к ним подходят тупые молодые журналисты и задают дурацкие вопросы. А потом Азамат лежит на койке, не спит. И журналист не спит - сидит в кафе и рассказывает о встрече с Азаматом друзьям. И они  - журналист и Азамат, из разных миров. А Бабченко за Азамата рассказал, каково в том, другом мире, быть. "Да, да. Нет, нет, - а все, что больше, - то от лукавого". 

На мое письмо пришел ответ со Старой площади.

http://photofile.ru/users/artgen/3684809/82659769/

Сегодня ночью я написал письмо нынешнему президенту России, в котором пытаюсь намекнуть на то, что его кое-кто приравнивает к кусочку жареного картофеля.

Вот письмо: 

"Добрый день, уважаемый Дмитрий Анатольевич!

Искренне возмущен и поражен рекламой, которую обладатели торговой марки картофельных чипсов Lays размещают на телевидении.

Данный рекламный ролик посвящен вышеупомянутым чипсам с икрой. На первый взгляд, ролик типичен: в нем улыбающиеся люди привлекают друг друга, открывая или демонстрируя пакеты с вышеупомянутыми чипсами.

( Read more... )

Людмила Дербина - поэтесса, любовница и убийца поэта Николая Рубцова. Задушила его своими руками на кухне в его квартире в Вологде. Мотив - ревность. Сборник «Сиверко», Воронеж, 1969г. Отрывки, посвященные предстоящему убийству и умонастроению поэтессы. Заметьте! Сборник 1969 года, тогда как убила Дербина Рубцова в 1971 году! 

Ключевое стихотворение (приводится не полностью - лень было переписывать в РГБ):

«Ах, отец! Навари-ка пива!
Где-то жив еще ходовик
Что-то стало мне очень тоскливо
Навари-ка пива, старик!
Что нам жизни обычное русло?
Мы ведь русские – так суждено
Чтобы пенилось сладкое сусло
Чтобы хмель выворачивал дно.
…
Я на горле сведу ладони
Призадумаюсь о былом
И крылатые белые кони
Неспокойно заржут под окном»

( Еще отрывки )

Вышел в рождественскую ночь покурить на лестничную клетку.

Надо сказать, что совсем недавно переменил место жительства и соседей пока не знаю.

Курю. ( Звенят ключами. )